Банки получат право блокировать переводы при обнаружении вирусов на смартфонах

Представьте вечер пятницы: вы пытаетесь скинуть другу деньги за ужин, а операцию останавливают из-за трояна, о котором вы даже не подозреваете. О грядущих нововведениях рассказал глава Комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков, объяснив, что банки переходят от реактивной защиты к превентивной: проще заморозить платёж в момент инициации, чем потом разыскивать украденные средства по цепочке.

Превентивный антифрод: механика нового закона

С наступлением марта банки получат расширенные полномочия по блокировке транзакций, и впервые технический фактор — наличие вредоносного ПО на устройстве плательщика — будет закреплён в законодательстве как самостоятельный признак подозрительной операции. Как только автоматизированная система или антивирусное ПО кредитной организации зафиксируют подозрительный программный код, оператор по переводу обязан немедленно инициировать проверку и заморозить платёж до подтверждения безопасности гаджета.

После блокировки банк обязан запросить у клиента подтверждение намерений — дополнительный фактор аутентификации, который призван доказать, что операцию инициирует владелец счёта, а не злоумышленник с трояном или стилером. По сути, к привычной связке «логин плюс SMS-код» добавляется поведенческий слой, привязанный к Device ID и репутации конкретного устройства — это заметно повышает порог входа для мошенников, но одновременно создаёт новую точку трения в клиентском пути, и именно от того, как банки её отработают, будет зависеть восприятие всей инициативы.

Цифровая гигиена как финансовая привычка

Без формального согласия клиента на сканирование устройства новая механика работать не сможет, поэтому банки запустят масштабную кампанию по обновлению договорной базы. По словам Аксакова, перезаключение соглашений с клиентской базой должно быть завершено к 1 сентября 2027 года — а значит, у нас с вами почти полтора года переходного периода, чтобы спокойно разобраться с правилами и не оказаться в ситуации, когда нужный перевод «зависнет» из-за отсутствующего согласия.

Контекст, который объясняет радикальность шага, тревожный: по данным исследователей в области инфобезопасности, на одну российскую организацию приходится в среднем более ста эпизодов заражения вредоносным ПО, то есть каждый крупный игрок рынка ежедневно сталкивается с атаками через инфицированные устройства сотрудников или клиентов. Привычка следить за «состоянием» смартфона перестаёт быть опциональной и встаёт в один ряд с физической формой и режимом питания — не случайно запросы вроде программ тренировок и планов питания растут параллельно с интересом к цифровой гигиене: мы все учимся осознаннее поддерживать собственную эффективность — от тела до банковского приложения.

Что отслеживать в ближайший год

Необанки и цифровые платформы отреагируют быстрее классических игроков: они уже строят антифрод вокруг поведенческой аналитики и Device ID, поэтому для них новые правила станут конкурентным преимуществом, а не дополнительной нагрузкой. Крупным банкам придётся ускорять онбординг согласий и дорабатывать UX так, чтобы процедура разблокировки не превращалась в трёхдневный квест с саппортом.

Наш прогноз простой: к концу 2027 года стандарт «чистого устройства» для проведения платежа станет таким же привычным, как ввод SMS-кода, а отток клиентов начнёт напрямую коррелировать с тем, насколько бесшовно банк реализует процедуру снятия блокировки. Те, кто сделает это удобно, выиграют лояльность и поднимут LTV; те, кто запутает пользователя в бюрократии, — отдадут его тому, кто сделает проще.